Рассказывается по статье «Origins of a Misunderstanding: The Qianlong Emperor’s Embargo on Rhubarb Exports to Russia, the Scenario and Its Consequences» автора Chang Che-chia.

Китай

В 18 веке в Китае ревень, а точнее его корневище, был известным лекарственным средством. Мог он лечить многое, но самое популярное его применение — слабительное. Китайские лекари считали его эффективным, но в то же время очень сильным лекарством, «когда уже другое не помогает». Настолько сильным, что предупреждали не давать его каждому, ведь если ошибиться в дозировке, больному будет очень плохо.

Боязнь была настолько велика, что часть китайских врачей избегало использовать его вовсе. А когда один известный врач прописал себе большое количество ревеня, его сын, опасаясь последствий, уменьшил дозу вдвое (болезнь кстати не прошла и врач помер).

В Средние века ревень экспортировался из Китая разными торговцами (арабскими, португальскими и т.д.) К 17 веку основным закупщиком стала Российская Империя.

До середины 19 века Россия была единственной западной державой, которая имела формальные дипломатические и коммерческие отношения с Китаем(тогда Империя Цин), начиная аж с середины 17 века. В начале 18 века был подписан Кяхтинский договор, который открыл торговлю между странами на монгольской границе.

Русские покупали ревень, а Китай продавал. Цель была не совсем в доходе, цель была в умиротворении и контроле соседа. «Ну пусть зависят от нас».

Отношения между странами были нестабильными. Когда происходили вещи, которые не нравились Китаю, они отвечали торговыми санкциями. Например между 1744 и 1792 годами это случалось больше десятка раз и каждый раз Россия отступала. А самым работающим способом было эмбарго на ревень.

Всякий раз когда вводились санкции на продажу ревеня в Россию, она рано или поздно принимала условия Китая и делала это с большой почтительностью.

Например в 1785 году Россия отказалась выдать беглецов из Китая. Было опять введено эмбарго на продажу ревеня. В это время Китай поймал заметное число контрабандистов, которые пытались незаконно ввести ревень в Россию.

Было приказано провести тщательное расследование — что там за ситуация в России с ревенем. Результаты расследования были такие:

Русские едят много рыбы и нуждаются в ревене как противоядии от рыбных токсинов. Они посылают начальников, которые распределяют ревень среди своих подчинённых, чтобы государство продавало его для помощи народу.

…

На всей монгольской территории простые люди не едят рис или другое зерно, но живут на говядине, баранине, масле и молоке. Их внутренние органы чрезвычайно крепки, и потому они приспособлены к приёму этого [лекарства]. В мусульманских регионах северо-запада, таких как Андижан, его потребляют реже, но он широко используется как краситель, что делает ревень незаменимым товаром в пограничных регионах.

…

Русские почитают китайский ревень как государственное лекарство, и это единственное средство, способное вылечить их, когда они больны. Издревле они посылали эмиссаров с данью просить разрешения на его покупку.

Эти события и расследование привели правительство империи Цин к выводу, что санкции работают и русские на грани катастрофы. После блокады ревеня Российская Империя изменила тон, стала примирительной и просить снять эмбарго. В итоге подписали договор, согласившись на условия Китая.

Победа была приписана хитроумной стратагеме китайских правителей и конечно же ревеню.

Это был очевидный наблюдаемый эффект: каждый раз, когда между странами возникал спор, угроза остановить продажи ревеня сразу заставляла Россию принять нужные условия. А расследования показывали — русские зависят от ревеня, это их главное лекарство и без него они пропадут, случится катастрофа.

Вера в силу ревеня была настолько велика, что в 19 веке представители Китая даже угрожали Британии остановить поставки ревеня, как противодействие британской торговле опиумом. Что было логично — это сработало для России, значит сработает для всех:

В природе варваров — пристрастие к молочным продуктам, которые вызывают кишечные блокады, облегчаемые только ревенем и чаем; и если они не принимают их, они становятся критически больны. […] Когда торговля возобновилась, главные люди из рыжеволосых чужеземцев пришли всем телом умолять об отмене квоты. Ибо если они заболевали, без этого лекарства для них не было надежды.

Российская Империя и другие

На Западе ревень тоже был давно известен как лекарство и как слабительное. При этом репутации «опасного средства» у него не было. По некоторым теориям из-за другой обработки (замачивание в вине, сушка на слабом огне) ревень не имел сильных эффектов.

Он воспринимался как «биодобавка», общеукрепляющее средство. Так один из авторов писал:

Он легко выводит особенно желчные гуморы, а затем мягко вяжет и укрепляет желудок и кишечник. Он даётся с большим успехом при всех обструкциях печени, при желтухе, при диареях, и при белях и гонореях: он также отличное средство против глистов. Его иногда дают как слабительное, иногда лишь как альтерант; и каким бы образом его ни принимали, это превосходное лекарство, подходящее почти для всех возрастов и конституций.

Когда Российская Империя подписала Кяхтинский договор и начала покупать ревень (и другие китайские товары, такие как фарфор, шёлк, чай), это стало очень выгодным предприятием. Например можно было купить растение за 18 рублей и реэкспортировать за 46 рублей (в 2.5 раза дороже просто за перевозку!)

Но был сделан и следующий шаг. Ревень был объявлен царской монополией и была создана российская марка: «королевский ревень», который продавался на европейском рынке (хотя в России и не рос).

Были введены высочайшие стандарты закупки и отбора ревеня в Китае. Специальные обученные люди контролировали качество в центрах закупок. Другие — отвечали за водонепроницаемую упаковку. Скауты исследовали Китай в поисках лучших сортов. Весь качественный ревень скупался через подставных лиц (забавный факт — это был бухарский купец и с ним и с его потомками закупали ревень больше ста лет).

За счёт этого качества и общей большой потребности в «ревене как биодобавке» в Европе, русский «королевский ревень» стал известным брендом, доминируя над конкурентами. Вместе с невероятной (десятикратной) наценкой это стало гигантским источником дохода. По оценкам до середины 19 века доход от этой торговли составлял до 20% всей государственной казны.

Сами требования Китая не были принципиальными для России (но важными для сохранения лица Китая), а вот выгода от торговли была большая. Поэтому несмотря на недовольство двора, было решено пойти на уступки.

России был нужен ревень не как очень важное «государственное лекарство», не как средство без которого и «ни рыбу съесть, ни на туалет сесть», а как источник большой прибыли для страны и купцов.

Зависимость от ревеня как лекарства была мифом.

Подводя итоги

Империя Цин делала логические здравые выводы. Если западные люди так хотят купить много ревеня, сильнодействующее лекарственное средство, разумеется без него у них начнётся массовая паника. Им нужно это лекарство.

Китай наблюдал за событиями и события подтверждали эти выводы. Угроза эмбарго ревеня приводила к быстрой реакции России и согласию на все условия. От безысходности они даже начали заниматься контрабандой! У нас веские доказательства. «Как же им плохо без этого лекарства». И все расследования подтверждают эти мысли.

Стратегия работает, проверена и эффективна — конечно её надо применять и с другими странами. Давайте угрожать Британии ревенем, они наверняка пойдут на попятную (спойлер — не сработало).

Одна ложная посылка о природе использования ревеня и множество достоверных наблюдаемых событий привели к чувству собственной важности Китая. К излишнему оптимизиму, к мифу, что «пока с нами ревень, мы всех держим в кулаке». Не позволило оценить адекватно мощь Европы и все риски. Осознание пришло уже в период Опиумных войн.

Ментальная модель может все время работать в какой-то узкой области, может некоторое время работать везде, но не будет работать всё время и везде.